Общественно-деловая
прогнозно-аналитическая
газета
Видение 2020
Какая политическая и социально-экономическая система сложилась сегодня в России?

феодально-вассальная

социально-демократическая

криминально-олигархическая

кланово-капиталистическая

диктаторско-монархическая

советско-социалистическая

оккупационно-паразитическая

Прогноз развития энергетики мира и России до 2040 года

Покорение белой расы

Славянское царство

Пьёшь и куришь - писаешь мозгами

Фото архив






Госзакупки. Качество превыше всего
Экономика

Глава Минэкономразвития информировал Президента о подготовке комплекса мер по защите интересов производителей при их участии в тендерах и госзакупках и по исключению возможностей для махинаций со стороны посредников.

По словам А.Белоусова, большинство защитных мер учтено в законе о федеральной контрактной системе, который вступит в силу с 1 января 2014 года. В числе мер, предусмотренных законом, Министр, в частности, назвал четко прописанную процедуру установки начальной цены, что исключит возможности махинаций. В новом законе также предусмотрен механизм защиты прав поставщика услуг – возможность досудебного расторжения контракта.

* * *

В.ПУТИН: Андрей Рэмович, в ходе недавней рабочей поездки в Бурятию мы ещё раз убедились в том, что система доступа участников экономической деятельности к госзакупкам, к закупкам наших крупнейших компаний с госучастием, мягко говоря, далека от совершенства. И многие предприятия, прежде всего средние и малые предприятия, доступа к этим закупкам фактически не имеют.

Что касается той конкретной ситуации в деревообрабатывающем секторе, надеюсь, всё это будет урегулировано, но ситуация, при которой приходится решать такие вопросы с президентского уровня либо с уровня Правительства Российской Федерации – недопустима, она тормозит развитие самой экономики.

Мы с Вами об этом неоднократно говорили, я просил Вас подготовить соответствующие предложения системного характера. Знаю, что Министерство давно над этим работает. Какие есть предложения?

А.БЕЛОУСОВ: Действительно, ту конкретную ситуацию мы разрулили. Я буквально вчера встречался и с представителями «Росатома», чья компания там реализует данный тендер, и с этими производителями, которые тогда говорили о сложившейся ситуации, и с руководством Забайкальского края.

На самом деле в этой ситуации очень хорошо видны проблемы, с которыми они сталкиваются. Что там произошло? Будем называть вещи своими именами – там есть уже достаточно выработанные урановые разработки, это не секрет, поэтому компания «Росатома», которая закупает розничный лес (поскольку у них очень высокие требования к качеству этого леса), соответственно, установила двухмесячный срок между отгрузкой леса и его оплатой.

Это фактически означает, что оборотные средства производителя (в данном случае тех, кто победитель на тендере) отвлекаются в этот двухмесячный оборот. И тут же, естественно, появляется посредник, который выполняет роль банка. Он перекупает участие в тендере на самом деле за 30 процентов годовых, потому что на старте примерно цена две тысячи рублей за кубический метр плюс ещё примерно тысяча за транспортировку (три тысячи получается), а на выходе они где-то платят примерно четыре тысячи и плюс НДС – под пять тысяч получается в итоге.

Несколько высокая ставка, будем называть вещи своими именами. Просто договорились о том, что это авансирование «Росатом» возьмёт на себя, и не будет этого двухмесячного срока, он будет всё авансировать.

Но универсальная проблема – это проблема гарантий. У них величина лота, который они выигрывали, 71 миллион рублей. Под этот лот тот, кто проводит тендер, требует обеспечение в виде банковской гарантии. В данном случае это почти девять миллионов рублей.

В принципе, это не очень много, вроде 12–13-ти процентов. Но для этих компаний это вещь абсолютно неподъёмная, потому что банк, чтобы дать им эту гарантию, фактически требует стопроцентного обеспечения. То есть ты, грубо говоря, должен опять где-то найти эти девять миллионов и положить на депозит в банке. И плюс ещё платить где-то порядка одного процента за обслуживание этой гарантии.

На самом деле выход есть, и я вчера даже немножко попенял Забайкальскому краю, потому что они должны были этот выход знать – это гарантийные фонды. У нас как раз для малого предпринимателя существует такая форма как гарантийные фонды, которые эту гарантийную поддержку как раз для обеспечения, в том числе участия в конкурсе, берут на себя.

По стране у нас сейчас 36 миллиардов капитализация этих гарантийных фондов, и примерно они обеспечивают 100 миллиардов кредитов. И такой фонд есть в Забайкальском крае, просто руководители об этом не очень хорошо знали. Рассказали предприниматели. Но это, наверное, и наша недоработка, потому что нам надо было просто объяснить людям, что такая вещь существует.

Поэтому в данном случае мы эту ситуацию урегулировали. Но в чём действительно проблема посредников, как вообще посредники появляются? Особенно это ярко видно на госзакупках...

В.ПУТИН: Извините, в этой части, чтобы не забыть. Нужно только, чтобы этот гарантийный фонд работал реально, а не на бумажках.

А.БЕЛОУСОВ: Конечно, он работает. Более того, одна из этих компаний, которая там была, обращалась в этот гарантийный фонд дважды – в 2010 и 2011 годах. Я говорю: «Ну, что же вы, ребят, сейчас-то там не взяли?». – «Ну, как-то не взяли».

Поэтому в данном случае там фонд работает, хотя по стране их сильно не хватает, и сейчас нас малые предприниматели атакуют, чтобы мы всячески увеличивали эти гарантийные фонды. Мы над этим работаем.

Если брать госзакупки: первая проблема, которая возникает, которая не была урегулирована в 94-м Федеральном законе, – это игры с первоначальной ценой. То есть недобросовестный заказчик завышает первоначальную цену, торги идут от неё, и компания, которая идёт в качестве посредника, может очень сильно цену опустить, потому что она всё равно завышена. А добросовестный участник тендера просто не знает о том, до какой степени он цену может опускать, у него нет инсайдерской информации и так далее.

В результате у нас складывалась ситуация, когда очень много добросовестных компаний, производителей продукции, которые должны идти на заказ, они даже не обращались к соответствующим торгам, к соответствующим конкурсам. Не приходили, потому что знали, что всё равно в результате этой операции победит посредник, и он к ним же придёт за исполнением этого заказа.

Второе, что было – это сама возможность демпинга. В 94-м ФЗ была искусственно, на мой взгляд, увеличена доля цены при рассмотрении конкурсов. То есть доля цены была не ниже 55 процентов. Фактически ценовой фактор был решающим, чтобы выиграть. Не качество продукции, не квалификация, не опыт, который был у производителя, а именно цена. Собственно, весь конкурс строился в значительной мере вокруг цены. Это второй момент, который позволял здесь играть.

Мы всё это дело учли в рамках федеральной контрактной системы – закон, который Вы подписали, и который должен вступить в силу с 1 января 2014 года. Почему такой большой срок – потому что большое количество нужно ещё принять подзаконных актов, создать информационную систему. Но мы успеем, не сомневаюсь, потому что есть график, и мы работаем.

Как эти проблемы решаются? Во-первых, в отличие от 94-го ФЗ в самом законе (он называется «О контрактной системе») чётко прописана процедура установления начальной цены, то есть уже мы и ФАС [Федеральная антимонопольная служба] будем следить за тем, чтобы эти процедуры не нарушались. То есть саму эту процедуру мы в закон включаем, в саму процедуру торгов – то, чего сейчас в рамках 94-го закона нет.

Второе. В законе установлены ограничения по демпингу. То есть если какая-то компания сильно демпингует, и цена снижается больше 10 процентов, то, во-первых, требуется дополнительное обеспечение. Это для компаний уже является соответствующей нагрузкой, причём она там сильно увеличивается.

И тендерный комитет (те, кто проводит торги) имеет право потребовать обоснование, почему идёт такое снижение цены. Потому что, может быть, компания действительно сверхэффективная, но, как правило, оказывается, что там немножко другие вещи играют.

Третье, что, на мой взгляд, очень важно – снижена доля цены при формировании конкурса и определении победителя. Если здесь, как я сказал, 55 процентов, то там доля цены снижена до 25 процентов. Это совсем другой уровень, то есть фактически играть основную роль при победе на конкурсе будут вопросы качества.

Четвёртое – вводится предквалификация. То есть у нас есть возможность поставить фильтр, и к конкурсу будут допускаться компании, которые имеют соответствующий опыт, соответствующее оборудование. Особенно это важно для НИОКРов, для работ такого рода.

В.ПУТИН: Вы помните, что всегда оппоненты, возражавшие против предквалификации, говорили, что это очень коррупционный механизм. Я поэтому склоняюсь к Вашей точке зрения, к Вашей позиции, имея в виду негативный опыт прошлых лет действующей до сих пор системы. Но всё-таки процесс предквалификации должен быть хорошо проработан.

А.БЕЛОУСОВ: Абсолютно. Наш главный оппонент здесь – ФАС. Поскольку мы с ней договорились, нашли консенсус, думаю, что здесь баланс найден.

И последнее – уж если действительно компания-посредник или какая-то компания, которая не имеет соответствующих навыков работы, всё-таки прошла через все эти барьеры и не выполнила работу, то теперь у заказчиков появляется право в досудебном порядке расторгнуть контракт. Это был очень сильный камень преткновения.

Могу сказать по нашему Министерству: у нас сейчас идёт около десяти судов, начиная с того, что так сделали, что обвалилась плитка, и мы не можем расторгнуть контракт – только по суду. Хотя вот она – невыполненная работа, а суды у нас тянутся годами, это хорошо известно. Поэтому в законе установлена довольно сложная процедура (компромисс был достигнут и с ФАС, и с экспертами), тем не менее, такая процедура есть.

В совокупности мы считаем, что нужно попробовать, как этот механизм будет работать. Жизнь многообразна, и народ у нас талантливый и изобретательный. Во всяком случае, такие барьеры мы выстроили, посмотрим, как люди будут с ними работать и как будут пытаться их обходить.

kremlin.ru
выделение шрифта -2020